Индейцы Великих Озер в XVII веке:

расселение и войны

 

                                                       Maката   (Александр  Либенштейн)               

 

 Приступая к описанию исторических событий района Великих Озер, прежде всего необходимо определить географические границы данного региона. Этот район является частью обширной лесной страны к востоку от Миссисипи, к северо-востоку и к северу от Великих Озер, известной в американской историографии под понятием "Вудлендс" – Лесные Земли.

Естественными границами региона Великих Озер на севере являются "Гребни гор, лежащие между озером Верхним и замерзшим (Гудзоновым) заливом",1 на востоке – река Св. Лаврентия и восточная граница современного штата Нью-Йорк, северо-западная часть Пенсильвании и северная часть штатов Огайо, Индиана и Иллинойс до сороковой широты, и, наконец, на западе, река Миссисипи с прилегающими к ней прериями Иллинойса и Айовы, а также северо-восточная часть Миннесоты. Таким образом, эта обширная страна, покрытая густыми смешанными лесами, изобилующая реками и озерами, включает в себя территорию американских штатов Нью-Йорк и Висконсин, а также части территорий штатов Пенсильвания, Огайо, Индианна, Иллинойс, Айова, Миннесота и часть территорий канадских провинций Онтарио и Квебек.

В XVII в. наибольшим влиянием в этом регионе пользовались колонии Франции, чьи подданные основали поселения на протяжении рек Св. Лаврентия и Оттава, главными из которых были Квебек и Монреаль. Эти водные пути имели важное значение, так как по ним осуществлялись основные контакты европейцев с туземным населением. Других европейских поселений в этом регионе не было, за исключением голландцев в юго-восточной части штата Нью-Йорк, основавших в 1626 году колонию Новый Амстердам на острове Манхеттэн и прилегающих землях. Поэтому основными источниками для нас являются записки французских путешественников и ежегодные отчеты иезуитских миссионеров, живших среди туземного населения, собранные в свод так называемых "Иезуитских реляций".

 

Ирокезы

 

Название ирокезы было дано французами с начало XVI века пяти индейским племенам: сенека, кайюга, онондага, онейда и мохаук. Однако долгое время (вплоть до XVI века) среди ирокезов не существовало разделения на эти пять племен, они были одним племенем.

Основой названия "ирокезы" стало алгонкинское слово "ироку", значившее "настоящие гадюки". Им обозначали эти племена алгонкины реки Св. Лаврентия, страдавшие от постоянных набегов ирокезских отрядов. С прибавлением французского суффикса "ois" название iroquois закрепилось за племенами Лиги ирокезов в ранних письменных источниках и документах колониальной эпохи, а затем в научной литературе. Сами ирокезы называли себя ходеносауни (Ho-de-no-sau-nee), что означает "народ длинного дома".

Поселения ирокезоязычных племен оказались разбросанными от штата Нью-Йорк до р. Св. Лаврентия. Находясь в окружении алгонкиноязычных племен, мигрировавших сюда позднее, ирокезам пришлось длительное время вести постоянные войны за выживание. Большая часть ирокезов проживала в окрестностях Монреаля, на северном берегу р. Св. Лаврентия, находясь в подчинении у адирондаков – ветви алгонкинской группы, владевших всей областью к северу от этой реки. От адирондаков они научились искусству сельского хозяйства и в общении с ними привыкли к трудностям войны и охоты. Когда численность ирокезов возросла, они совершили попытку освободиться из-под власти адирондаков, но в борьбе были побеждены и вынуждены были во избежание истребления покинуть этот район. Поднявшись по реке Св. Лаврентия к озеру Онтарио и пройдя вдоль его восточного берега к устью реки Осуиго, ирокезы вошли в центральные части штата Нью-Йорк. Территория, лежавшая между рекой Гудзон и озером Эри являлась родиной ирокезов. Именно здесь в XIV–XV вв. происходит консолидация сил ирокезов, которые смогли отстоять свои земли от постоянных вторжений алгонкинских племен. У ирокезов выделяется пять племен, которые впоследствии образуют конфедерацию ирокезов. Места их расселения находятся рядом друг с другом, что помогает им успешно сдерживать наступления враждебных племен. Поселения мохауков ("Народ кремня") были расположены главным образом в долине реки Мохок, на южном берегу реки. Вокруг озера Онейда и близ него лежали главные селения онейда ("Народ гранита"). Онондага обосновались в долине реки Онондага ("Народ холмов"). На восточном берегу озера Кейюга и на водоразделе к востоку от него жили кайюга ("Народ грязной земли"). На территории современных графств Онтарио и Монро были расположены главные селения сенека ("Народ великого холма") – самой многочисленной нации Конфедерации. Там располагались главные места поселения ирокезов в ту эпоху, когда они были открыты европейцами.

Основным источником существования было примитивное огородничество, или палочно-мотыжное земледелие, что представляет собой один из ранних этапов подсечно-огневого земледельческого хозяйства.

Главной сельскохозяйственной культурой был маис (кукуруза), почти неизменно сопровождавшийся посадками бобов и тыквы. Кукурузные поля окружали селения ирокезов радиусом до 9 км, занимая тысячи гектаров. Сев начинался в апреле и продолжался до середины июня. Ирокезы собирали огромное количество кукурузы, которую хранили в зернохранилищах и амбарах.

Во второй половине XVII века, в период военной экспансии ирокезов и оттока мужского населения в военный и пушной промысел, земледелием занимались преимущественно женщины. Именно оно давало основные средства существования ирокезам. Несмотря на это, мужчины с пренебрежением относились к земледельческому труду женщин и заставляли заниматься им пленников, выражая тем самым презрение к ним.

Большое значение у ирокезов имела охота, она давала им шкуры и мясо. Охота была делом мужчин, которые занимались ею преимущественно в течение осени и первой половины зимы. Охотились они в одиночку или небольшими партиями. Организовывались также большие охотничьи отряды с участием всех взрослых мужчин селения, чаще всего для коллективной загонной охоты на оленей.

Охотничьи угодья не были распределены между родами, оставаясь племенной собственностью. Полный переворот в способе охоты внесла торговля пушниной с европейцами. Охота, удовлетворявшая прежде потребности в пище и одежде, сменилась массовым истреблением пушного зверя, главным образом бобров. Вооруженные огнестрельным оружием, ирокезы начали совершать военные походы для захвата новых пушных угодий.

В весенние и летние месяцы мужчины занимались рыбной ловлей. Собирательство, которым занимались женщины и дети, имело когда-то большое значение в жизни ирокезов, они употребляли в пищу свыше двадцати видов ягод. Своеобразным видом собирательства, типичным для ряда лесных племен восточной части Северной Америки, был сбор кленового сока. На сезон добычи кленового сока и варки сахара ирокезы переселялись в леса, где устраивали временные становища.

Ремесла, которыми занимались женщины, не достигли того уровня развития, что встречается у других племен Северной Америки. Это объясняется тем, что основная масса женского труда поглощалась земледелием. Ткачество ограничивалось изготовлением из растительных волокон поясов и ремней. Ирокезам, как и всем индейцам восточных областей Северной Америки, было знакомо гончарное искусство. В быту широко использовалась деревянная и глиняная посуда, однако, с приходом европейцев, она была вытеснена металлической.

Ирокезы жили в длинных домах, где помещалась родовая группа, которая вела общее хозяйство и составляла основу хозяйственной и социальной организации племени. Длинный дом имел 6–10 м в ширину и до 8 м в высоту; длина дома зависела от числа очагов, наибольшая длина жилища достигала 90 м. Постройка дома выполнялась коллективно, для чего созывалась вся молодежь селения, которая за работу получала угощение; постройка занимала 1–2 дня. Дом из коры мог простоять 10–12 лет; когда он начинал разрушаться, возникал вопрос о переселении на другое место. Сначала переселения происходили каждые 10–15 лет, потом продолжительность пребывания на одном месте увеличилась. В XVI–XVII вв. селения ирокезов огораживались высоким частоколом для защиты от соседних племен, с которыми ирокезы вели войны. Селения состояли из 10–30 домов.

Формой общественного устройства ирокезов был род. В основе его лежала коллективная собственность на землю, на охотничьи и рыболовные угодья. Поля были родовой собственностью, обрабатывались они на коллективных началах. Род имел право на особое родовое имя, которым обычно являлось видовое название животного, птицы и т. д. Члены рода участвовали в родовом совете. Род избирал и смещал старейшину (сахема) и военных вождей, и через них имел представительство в совете своего племени, а позже – и в совете Лиги. Род мог усыновлять пленников или членов других племен для замещения пропавших и убитых. Сородичи были связаны меду собой обязанностью взаимопомощи, защиты и отмщения обид. Все эти права и обязанности передавались исключительно по женской линии, т. е. род был строго матрилинейным.

Экономической единицей внутри рода была матрилинейная семейно-родственная группа, ведущая общее хозяйство, называвшаяся у ирокезов "овачира". Род состоял из нескольких овачир. Овачиры одного рода могли жить в нескольких селениях. Территориально отделившись и разросшись, они становились со временем настоящими родами, находясь в родственных отношениях со всем первоначальным родом. Число родов, на которые распадалось каждое из ирокезских племен, варьировало от племени к племени. В качестве образца может служить племя сенека, у которого было восемь родов, такое же количество родов насчитывалось у онондага, кайюга и тускарора (в XVIII веке); могауки и онейда состояли из трех родов.

Ирокезы, ко времени создания своей конфедерации, стояли на более высокой ступени развития, чем окружающие племена.

Конфедерация представляла собой "вечный союз пяти кровно-родственных племен" под единым управлением, основанным на принципе равенства. Во главе стоял союзный совет, состоявший из 50 сахемов, делегированных всеми родами; он выносил окончательные решения по всем делам Лиги. Все постановления союзного совета должны были приниматься единогласно; голосование проводилось по племенам, причем единогласие было необходимым в каждом племени. Союзный совет мог быть созван по требованию совета каждого из племен, но он не имел права собираться по собственной инициативе.

Процедура выбора сахемов была в общих чертах сходна у всех племен. Огромную роль в избрании сахема играла старейшина (матриарх) овачиры. Она собирала совет женщин рода, на котором выдвигался кандидат на занятие места сахема. Этот человек, как правило, был из среды пожилых заслуженных воинов.

Затем матриарх извещала об этом вождей других родов своей фратрии. Они могли наложить вето на избрание намеченного кандидата и женщины выдвигали нового кандидата. После одобрения кандидата вождями своей фратрии, он должен был получить согласие вождей второй фратрии. Каждое племя состояло из двух фратрий.2 Затем необходимо было получить одобрение совета Конфедерации: сначала стороной, к которой относился предыдущий сахем, потом другой стороной. Нового сахема избирали только после смерти старого.

Матриарх овачиры, к которой принадлежал сахем, строго наблюдала за деятельностью и поведением нового сахема. В случаях отклонений от норм поведения она указывала ему на это.

Смещение сахема должно было пройти в той же последовательности, что и его назначение.

Ирокезы не имели отдельного класса военных вождей, даже сахемы не обладали властью назначать военного вождя во время войны.

Военные представители выбирались самими воинами из числа наиболее знаменитых своими успехами мужчин племени. В мирное время делами внутри каждого из племен Лиги занимались сахемы, которые представляли свое же племя в союзном совете.

В союзном совете были учреждены должности двух военачальников, избиравшихся из среды выдающихся воинов сенека. Эти воины назначались скорее для общего наблюдения за военными делами, чем для действительного командования на поле боя, хотя им не возбранялось принять его, если они имели склонность к этому. "Должности этих военачальников были наследственными, подобно сахемствам: смена военных предводителей производилось таким же образом, как и сахемов".3

В Конфедерации была создана специальная должность вождей ордена Сосны, считавшихся представителями женщин и другого населения в союзном совете. С установлением этой должности возросла стабильность управления Лиги: "Вожди служили подпорками длинного дома... они были связующим звеном между народом и сахемами".4 Из них же назначались ирокезские посольства, ведущие переговоры с европейцами. Любой воин-ирокез мог проявить себя как хороший дипломат или оратор, и тогда, независимо от происхождения, ему мог быть присвоен этот титул.

"Союз ирокезов представляет самую развитую общественную организацию, какую только создавали индейцы".5 Но попытка ирокезов покорить другие племена, образовав союз племен, неминуемо вела к разрушению родовой организации.

После образования Лиги, могущество и влияние ирокезов быстро возрастало. Объединив индейцев, Лига придала им новые силы, способствовала постоянному увеличению их численности и создала эффективные средства для самообороны и внешних завоеваний, обеспечивших им более прочное положение. У ирокезов не было постоянной армии, каждый ирокез был и воином и охотником. Выработке необходимых для этого качеств было подчинено его воспитание с детства.

В ранней истории Конфедерации нет сведений об объединенных военных походах всех пяти племен, но существуют указания на совместные выступления нескольких племен. По данным, собранным Морганом, любое племя могло начать войну.6 Военные походы предпринимались по инициативе военачальника племени или селения. Любой ирокез мог присоединиться к этому военачальнику, но мог и не участвовать в военных действиях, если это был поход на территорию врага. Если же кто-нибудь нападал на саму Лигу, то все боеспособные мужчины вступали в ополчение своих племен. Численность ирокезских отрядов была от 20–30 до 500–1 тыс. воинов.

Военный отряд ирокезов делился на три части: первая часть охотилась в походе, добывая пищу всему отряду, вторая часть шла впереди отряда, служила разведкой, а третья, самая большая часть, должна была принимать бой.

О количестве военной силы ирокезов XVII в. существуют разные мнения. Наиболее вероятно, по племенам оно распределялось следующим образом: мохауки – 500 воинов, численность всего племени – 5 тыс. чел.; онейда – 100 и 3 тыс. чел.; онондага – 300 и 4 тыс. чел.; кайюга – 300 и 3 тыс. чел.; сенека – 1 тыс. и 10 тыс. чел. Объединенные силы Лиги составляли 2200 воинов, численность всей Лиги – 25 тыс. чел.

Вооружение ирокеза состояло из лука, стрел, копья, дубинки, духового ружья. С приходом европейцев вооружение ирокезов несколько меняется. Каменные наконечники копий и стрел были заменены железными, появились топоры и томагавки, заменившие деревянные дубинки. Позднее ирокезы получили ружья, но они не сразу вытеснили луки и стрелы. Копья были заменены кинжалами европейского изготовления. До начала контактов с европейцами у ирокезов существовали также панцири "сделанные из деревянных пластинок, плотно переплетенных бечевками", шлемы, изображения которых дошли до нас на курительных трубках. Помимо этих средств личной защиты воины имели деревянные щиты – большие прямоугольные, защищавшие воина с ног до головы, и небольшие круглые. В войне с эри ирокезские воины в качестве щитов использовали лодки, неся их впереди себя при подступе к укрепленному селению эри, а затем эти же лодки использовались как лестницы для штурма частоколов. С введением огнестрельного оружия изменяется и тактика ирокезов. Многие средства защиты потеряли свою эффективность.

Значительное развитие получила у ирокезов фортификационная техника. Селения ирокезов начала XVI–XVII вв. представляли собой хорошо укрепленные форты. Они были окружены тремя рядами частоколов с укрепленным бревнами входом. В верхней части частоколов была устроена галерея, наполненная камнями, которые могли сбрасываться на осаждающего врага; к этой галерее вели лестницы изнутри укрепления. Укрепления ирокезов неоднократно описывались первыми европейцами. Под влиянием колонистов в военной организации ирокезов произошли существенные изменения, одним из которых было появление вместо мелких отрядов больших военных единиц, способных покорить целое племя.7

В походе у ирокезов существовала железная дисциплина. Именно она, а также внезапность нападения на врага, приносили победу.

Обладая большим количеством воинов, хорошим вооружением, крепкими оборонительными сооружениями, Лига ирокезов могла приступить к проведению активной внешней политики и перейти от защиты своих территорий к покорению других индейских племен. Мы уделяем так много внимания рассмотрению Конфедерации ирокезов не только потому, что она в течение долгого времени являлась главной силой, определявшей историю района Великих Озер, как это будет видно далее, но и потому, что все племена ирокезской языковой группы очень близки друг другу по своей культуре и социально-экономической культуре. Таким образом, рассматривая наиболее развитый и могущественный народ этой группы, мы можем на аналогичном материале судить о других ирокезоязычных народах.

 

Гуроны

 

Гуроны, ближайшие родственники ирокезов и их северные соседи, занимали северные берега реки Св. Лаврентия и озера Онтарио.

Гуроны были упомянуты как наиболее многочисленные ирокезоязычные племена. В 1639 г. иезуиты констатировали, что племя имеет 32 деревни, больших и малых, 700 "длинных домов" из коры, 4 тыс. семей, 12 тыс. взрослых и возможно общую численность около 20 тыс. человек. Некоторые из длинных домов достигали 240 футов (73 м) в длину и вмещали много семей. Эти индейцы имели несколько больших селений с частоколом из тройных бревен, но иезуиты скоро заметили, что оборонительные сооружения деревень были построены по плохой системе и находились в скверном состоянии. Они посоветовали гуронским вождям перестроить ограды и оставить дурную практику строительства круглых оград, а делать прямоугольные ограды с башней на каждом углу. Они уверяли, что горстка мужчин, вооруженных аркебузами, может отбить любую атаку ирокезов, но гуроны игнорировали совет и оставили свои оборонительные сооружения в небрежном состоянии.

Французы сделали ужасную ошибку, не послав вооруженных людей к гуронам, чтобы построить форт и постоянно жить с индейцами. Гуроны почитали и уважали вооруженных французов. Иезуиты приходили только для того, чтобы проповедовать христианскую веру, и гуроны, видя беззащитность священников, оскорбляли и обманывали их, часто угрожая убить. Жаждая мученичества, иезуиты не оказывали сопротивления. Их пассивность попросту расхрабрила большинство индейцев.

У миссионеров была только одна защита: обращаться к магическим трюкам, но они отказывались их использовать. Гуроны верили, что иезуиты были волшебниками и боялись их сверхъестественного могущества. Постепенно миссионеры привлекли к себе некоторых индейцев, но частичное признание религии белых людей только способствовало ослаблению гуронов. Оно раскололо индейцев, добавив вражду христиан и язычников ко всем остальным распрям, разделившим племя на враждующие группировки.

В 1636г., спустя три года после появления иезуитов среди гуронов, в индейских поселениях началась эпидемия и уничтожила очень много людей. Иезуиты были так заняты своими попытками распространить христианство, что едва упомянули об эпидемии и не описали ее. Это могла быть бубонная чума. На следующий год эпидемия распространилась в каждое гуронское поселение. Тщательный подсчет гуронского населения был сделан только после эпидемии чумы 1637–1638гг., унесшей около половины гуронов. Индейцы обвинили иезуитов в том, что они навлекли на них это страшное бедствие и замышляли уничтожить целое племя путем волшебства. Вожди держали совет и решили вырезать миссионеров, но когда флотилия гуронских каноэ ранней осенью вернулась домой с французского торга на Трех Реках, эти торгующие индейцы, которые были лучше знакомы с французами, чем оставшиеся дома, использовали свое влияние, чтобы сорвать план убийства миссионеров.

За эпидемией последовал голод, распространившийся среди нескольких племен. Нейтральная Нация находилась в таком ужасном состоянии, что родители вынуждены были продавать своих детей в рабство, чтобы получить хоть немного маиса. На протяжении 1638 г. положение улучшилось, и гуроны еще раз послали военный отряд против ирокезов. Возвратившись домой с большим количеством ирокезских пленников, они пытали их до смерти, затем приготовили из них грандиозный каннибальский пир.8

 

Табачная Нация (петун), Нация Пантеры (эри) и Нейтральная Нация

 

Петун были столь близкими родственниками гуронов, практически ни в чем не отличавшимися от них, что обычно их называли табачными гуронами.9 Селения Табачной Нации распологались западнее гуронских, в гористом районе возле южного берега залива Джорджиан, Онтарио.10

На примере этих народов видно, что социально-экономическая структура ирокезоязычных племен мало отличалась друг от друга, хотя все они находились на более низком уровне развития, чем собственно ирокезы. Очевидно, то же самое можно сказать про другие племена ирокезской языковой группы, такие как Нейтральная Нация, "чьи селения находились в области реки Ниагара, между озерами Онтарио и Эри",11 насчитывавшая около 10 тыс. человек,12 и способная выставить до 2 тыс. вооруженных воинов,13 и эри (Нация Пантеры), занимавших южное побережье оз. Эри. К сожалению, мы не располагаем материалом о численности эри на период описываемых событий, но Джордж Е. Хайд приводит число воинов эри во время их завершающей войны с ирокезами в 3–4 тысячи человек.14 Учитывая, что в условиях войны на тотальное уничтожение, которую вели ирокезы, было задействовано максимальное число мужчин, способных носить оружие, а количество боеспособных мужчин составляет обычно 4–5-ю часть всего народа, путем несложного подсчета получаем общую численность нации эри приблизительно в 12–20 тыс. человек. Хьюит называет число 15 тыс. человек. Эри – единственные индейцы в Северной Америке, которые употребляли отравленные стрелы, за что голландцы Нью-Йорка называли их "дьяволами".15

 

Алгонкинские племена

 

Алгонкинская языковая семья – самая многочисленная группа племен Северной Америки – являлась преобладающей в районе Великих Озер. Племена, проживавшие в этом районе, можно условно разделить на две довольно тесно взаимосвязанные группы. Первая группа – северные алгонкины, к которым относятся: собственно алгонкины, т.е. племя, давшее название всей группе, и часть племени кри. Ко второй группе относятся оджибва, наиболее многочисленное и могущественное племя алгонкинской группы, а также их ближайшие родственники меномини, оттава и потаватоми, бывшие когда-то ответвлениями самих оджибва, а затем отделившиеся от них и продолжавшие существовать как самостоятельные племена.

 

Оджибва (анишинабе)

 

Трудно сказать откуда пришло это название. Джон Копуэй (вождь оджибва Ках-дже-га-гах-боун), расшифровавший записи "Красного Перечня" ("Валламолум") ленни-ленапе (делаваров), в своей книге16 приводит легенду о Великом Совете алгонкинских племен, на который они пришли обутые в мокасины со сборками в верхней части, и были названы за эту особенность "оджибва" – "Собирающие", т.к. другие племена не носили обувь такого типа. Другая версия, что название произошло от понятия "оджибвэк", что на языке оттава означает "Читающие люди", т.к. они умели читать записи "Валламолум". Еще одна гипотеза названия означает "Журавли", т.к. журавль считался у ождибва священной птицей. Когда торговцы Шамплейна впервые встретили их в 1610 г., их восточная граница была отмечена по водам озер Гурон и Мичиган. Гребни гор, лежащие между оз. Верхним и Гудзоновым заливом были их северной границей. На западе она проходила в лесах, за которыми находилась почти безграничная прерия. На юге, в долине, вблизи от оз. Верхнего, граница охватывала южную часть Мичигана. Земли в этих пределах всегда были известны как страна оджибва.

Саук также были когда-то частью чиппева. Около 1613 г. они обособились вблизи оз. Верхнего. Когда торговцы Шамплейна завязали отношения с алгонкиноязычными племенами, они дали оттава название "Торговые индейцы". Сауки сражались с сиу близ озер, которые тянутся вдоль южного берега оз. Верхнего. Они также ввязывались в сражения с шауни и южными иллини.

В этом вопросе Дж. Хайд придерживается мнения, что сауки и др. племена южного Мичигана относятся не к оджибвейской семье, а к так называемой "Нации Огня",17 ведущей свое происхождение от ассеганов, "Костяных индейцев". Но он признает, что население Мичиганского полуострова было так тесно связано общностью языка и близостью родства, что было очень трудно точно определить происхождение того или иного отдельного племени.

Оджибва заняли еще часть территории на севере; они скоро расширили эти владения граничащими с холмами, покрытыми снегом на севере и с реками этого холодного региона, полными бобров, из меха которых делалась теплая одежда.

1634–1635 гг. были годами славных триумфов. Началось общение с французами в Монреале. Эта связь поддерживалась посредством путешествий через земли промежуточных народов.

Выгодные результаты дали долгие и бедственные войны, из которых оджибва вышли победителями. После этого они получили свободную связь с французами, с которыми они поддерживали дружественные отношения. С этого времени они вступили в жестокую войну с враждебными племенами, двигаясь от западной оконечности Верхнего озера вдоль озерной страны. Берега озер Верхнего и Гурон и реки Св. Лаврентия изобиловали полями сражений.18

Оджибва делились на три группы: северные (сольто), юго-восточные и юго-западные (чиппева). Впоследствии выделилась четвертая группа – равнинные оджибва.19 Нас прежде всего интересуют юго-западные оджибва-чиппева, т.к. именно их земли лежали в районе Великих Озер и они явились непосредственными участниками событий, развернувшихся в этом районе в 1640–1650 гг., особенно на заключительном их этапе, и положили конец ирокезской экспансии на северо-западе этой страны. Здесь следует отметить, что группа миссисауга, которых Хайд выделяет как отдельное племя, Копуэй упоминает как одну из групп оджибва.

Рассмотрим некоторые аспекты социально-экономической жизни индейцев чиппева. До того как европейцы вступили с чиппева в контакт, о них мало что известно. У них была культура каменного века, приспособленная для жизни в лесах со множеством озер и водотоков. Центром этого района является северная часть Великих Озер. Индейцы чиппева жили родственными группами, возможно человек по 100–150, а их основным занятием было рыболовство и охота. Важную роль в жизни оджибва и других канадских племен играло собирательство, в том числе дикого риса и кленового сахара, оно сохраняло свое значение даже в XVШ в., что хорошо видно из воспоминаний Джона Теннера. Теннер упоминает также о знакомстве оджибва с земледелием.20 Ремесло находилось у них на чрезвычайно низком уровне. Из материалов, которые индейцы могли достать из окружающей их среды – коры, камня и рогов животных, – они изготовляли сосуды и различную утварь. Кроме того, индейцы в больших количествах изготовляли грубые керамические изделия, копья и стрелы с кремневыми или костяными наконечниками, с помощью которых они ловили рыбу и убивали дичь. Сети для рыбной ловли они изготовляли из волокон растений, скребки и ножи – из кремня, шила – из кости.

Одежду индейцы шили из кож различных видов оленей, включая американского лося и карибу, а также из шкур бобров и выдр. Свои жилища они строили из прутьев и маленьких жердей, изогнутых таким образом, чтобы образовать свод или арку. Для покрытия применяли бересту и циновки из травы. Их жилища вмещали либо одну семью, либо, если они были достаточно просторны, могли быть пристанищем для нескольких семей. Каноэ они делали из коры березы, скрепляя ее смолой ели или сосны. На таких лодках индейцы совершали летом плавания по Великим Озерам и протокам. На зиму каноэ зарывали, чтобы они не потрескались во время сильных морозов. Преследуя дичь в зимних условиях, индейцы пользовались лыжами-ракетками, каркас которых был обычно изготовлен из белой березы. Для перевозки тяжелых предметов, например, убитых ими животных, индейцы мастерили тоббоганы, которые волокли по снегу. Детей носили в деревянных люльках, укрепленных на спине матери или старшего ребенка.

Все необходимые им предметы индейцы изготовляли сами, взрослые члены индейской группы могли делать все. Возможно, что они и вели обмен с соседями, например с ирокезоязычными гуронами, обменивая шкуры американского лося и карибу на маис, однако, в основном, они удовлетворяли себя всем сами. Каждая группа избегала контактов со всеми, кроме близких соседей, с которыми она была связана брачными узами или с которыми у нее были общие традиции, мифы, церемонии.

В ответ на то, что животные становились доступными для охоты, они не убивали больше необходимого количества, а затем совершали обряды благодарения, считая, что это гарантирует удачную охоту в будущем. Шаманы лечили, используя главным образом лекарственные травы и припарки разных видов, с помощью которых они предотвращали и исцеляли болезни и залечивали раны.

Система их религиозных представлений сосредоточивалась на установлении и сохранении тесных и дружеских отношений с духами, которые давали содержание и формы животным и растениям, за счет которых они кормились, и даже таким неодушевленным предметам, как звезды, бури, холмы и озера.

Чиппева, как и другие народы района верхней части Великих Озер, а также прилегающих к ним областей к концу XVII в. попали в такую зависимость от европейских товаров, что фактически не могли уже без них существовать.

Таким образом, проблема, с которой столкнулись чиппева за историю своих контактов с европейцами, состояла в том, как сохранить автономию, находясь в зависимости от евро-американских товаров, необходимых для их существования.21

Европейские товары и, в первую очередь, огнестрельное оружие произвели переворот в хозяйстве оджибва, определивший изменения в социально-экономической и социо-политической жизни этого племени и последующий характер их миграции. Из старых поселений рождались новые, и первые группы поселенцев открывали новые рубежи, не считаясь с сопротивлением других индейцев – жителей этих мест и с тем, что когда-то эти места были весьма негостеприимны, а теперь стали желанны из-за пушнины. В отличие от индейцев фокс, чиппева неизменно оставляли в родительских общинах определенное число членов, к которым члены дочерних групп чувствовали привязанность до тех пор, пока не могли жить самостоятельно.

Такие племена как меномини, кикапу, виннебаго, сиу и некоторые другие показывают нам иные примеры миграций. Одни из них, такие как меномини, вплоть до периода резерваций оставались жить в своих традиционных районах; другие, как кикапу, постоянно перемещались. Перемещения различных племен охватывают часть истории верхнего района Великих Озер и связывают жизнь этого района с жизнью вне его.22

Существенные изменения претерпела и социо-политическая жизнь чиппева. "Раньше существовали автономные патрилинейные группы родственников или местные кланы, которых было около двадцати пяти. Такие кланы характерны для протоконтактного периода чиппева (1600–1635 гг.). Допускается возможность существования первоначальной стадии со счетом происхождения по материнской линии, который затем изменился на счет происхождения по отцовской линии, по мере того как торговые отношения начали влиять на жизнь местной общины".23

Эта стадия под влиянием непосредственной торговли сначала с посредниками-гуронами, а позднее с французами расчистила путь для возникновения "политических деревень". Деревня, в которой под единой политической властью объединялось несколько родственных групп, возникла и расцвела в условиях мирной торговли и согласия с соседями чиппева – сиу, живущими к югу и западу.

Организация таких деревень стала приходить в упадок, по мере того как их торговые пути захватывали французы, и сохранялась лишь в ограниченных областях, где чиппева часто встречались со своими бывшими союзниками – сиу, которые продолжали занимать примыкающую к чиппева территорию. После упадка политической системы деревни роль основной социополитической единицы стала играть охотничья группа.24

Родство по мужской линии не исключало из группы членов связанных с ней по женской линии, оно представляет собою просто одну из форм счета происхождения. Протоконтактные локальные группы чиппева представляли собой родственные группы, связанные с определенной территорией и посредством браков. Такие группы сохраняли дружественные отношения, взаимно давая доступ к местам рыбной ловли и охоты. У них были сходные и дополняющие друг друга обряды и представления.

В 40-х годах XVП в. и поколение спустя чиппева и другие алгонкины, близкородственные по языку и культуре, числом более тысячи человек, собирались в летние периоды в Су-Сент-Мари. Там они занимались рыбной ловлей, торговали и совершали обряды. Наиболее впечатляющим из них был праздник мертвых, обряд, целью которого было возобновление союзов. Зимой же индейцы небольшими группами рассеивались по обширной территории для охоты и промысла пушнины. Некоторые из них в это время занимались посредничеством в торговле мехами с людьми, живущими в глубине континента. Эти виды деятельности и военные конфликты с соперниками-индейцами, главным образом ирокезами из южных районов Великих Озер, "оживляли" жизнь чиппева. Старые автономные родовые единицы уже не отвечали новым условиям: занятию и использованию огромных территорий, необходимых для пушного промысла; содержанию так называемых "торговых складов", общих для различных племенных групп; защите от экономической и военной экспансии, потенциальной или реальной, со стороны индейских и европейских соперников. Все эти факторы лежали в основе перераспределения политической власти на более широкие группировки. Таким образом, происходил процесс концентрации населения в больших по размеру и с "более эластичными границами поселениях".

Первым плодом действия этих факторов явилась концентрация алгонкинов в больших постоянных поселениях в таких местах, как Су-Сент-Мари, Макинак, Арбор-Крош, Грин-Бей, на полуостровах Шекуамегон и Кивино, расположенных в западной части озера Верхнего.

Это не значит, что все члены родственных родов подчинились политической власти племенной деревни. В то же время маленькие группки чиппева или близких им индейцев расселились в районе к северу от озера Верхнего, занимаясь промыслом пушнины и мелкой торговлей.25 Возможно, что они представляли собой осколки, отколовшиеся от больших родов, частью которых они были.26 Очевидно, что обоюдная экспансия двух самых могущественных наций Северо–Востока Америки – ирокезов и оджибва – не могла не привести к столкновению между ними.

 

Оттава

 

Предположительно, название оттава происходит от туземного слова, означающего торговлю, потому что они были известны как посредники. Иногда встречаются названия, данные оттава другими племенами: андатоват, ондатавават (гуроны), удавак (пенобскоты), икиа-йата (гуроны), ваганха – "заики" (ирокезы), ватававинини – "люди камышей", из-за большого количества камышей на реке Оттава, вдово (абенаки).27

Наиболее вероятный перевод названия оттава – "Хранители огня". Подтверждение этому – лингвистический анализ названия племени потаватоми, которое находится в близком родстве с племенем оттава. Название потаватоми все исследователи единодушно трактуют как "Нация Огня".

Оттава принадлежали к алгонкинской языковой группе, их ближайшими родственниками были чиппева и потаватоми. Местом проживания оттава был остров Манитулин и прилегающие части северного берега залива Джорджиан, с Мичиганом они стали связаны позднее.

Следующие четыре основных подразделения даны ранними авторами: кишкакон (Люди медведя), нассауакетон (Люди рогатины), Люди песка, и синаго (Люди серой белки), к ним иногда прибавляют пятое – кенжуше (Люди щучки). Кишкакон, синаго и кенжуше были тесно связаны друг с другом.

Хайд, в отличии от Свантона, называет клан синаго кланом Черной Белки, а клан кишкакон – кланом Щуки.28 Что касается первого клана, то проследить этимологию названия синаго представляется слишком сложным, но относительно второго Свантон считает, что клан Щуки – это клан кенжуше, так как на языке оджибва наиболее близкородственном и практически незначительно отличающемся от языка оттава, слово "щука" звучит как "кеноза" или "маскеноза". Эти кланы были очень тесно связаны друг с другом.29

Оттава жили на протяжении реки Оттава, около ста лиг вверх по Cагино, в стране гор, рек и озер. Они были одними из первых индейцев открывших торговлю с французами. На протяжении 1600 года оттава снабжали гуронов и другие западные племена французскими товарами, которые обменивали на меха. Ежегодно вниз по р. Св. Лаврентия спускались груженные мехами флотилии каноэ для торговли с французами. Хорошо зная французов, они свысока смотрели на другие народы, особенно на тех, у кого не было французских ножей, топориков или металлических чайников. Оттава часто обманывали эти племена, жульничая в обмене мехов, а иногда просто нападали врасплох и грабили. Вскоре оттава заключили союз с Нейтральной Нацией, чьи поселения находились в районе реки Ниагара, между озерами Онтарио и Эри. Нейтральным достаточно было преодолеть лишь небольшое расстояние к западу, чтобы добраться до южной оконечности Мичигана, где они, начиная примерно с 1600 года, энергично воевали с местными племенами. Дж. Хайд не согласен с Копуэем и называет более ранние сроки отделения оттава от оджибва. Он выделяет оттава как совершенно самостоятельное племя уже в 1600 году, но следует помнить, что оттава и оджибва, будучи близкими родственниками, всегда были перемешаны между собой и часто взаимодействовали. Так что очень трудно точно установить время их разделения, тем более, что этот процесс был длителен и, даже после отделения, эти племена продолжали взаимодействовать.

Война с мичиганскими алгонкинами достигла своего апогея около 1632 года, когда французы возобновили контроль над рекой Св. Лаврентия, а в 1640 военные партии Нейтральных и оттава яростно атаковали мичиганские племена, особенно Нацию Огня и маскутенов. Летом 1643 года Нейтральные послали огромный военный отряд, насчитывающий две тысячи человек, и взяли штурмом главное укрепление Нации Огня. Частокол, окружавший поселение, защищало 900 воинов, но, после десятидневной осады, атакующие ворвались внутрь, вырезали часть населения, захватили в плен оставшихся и сожгли семьдесят сдавшихся воинов. Нейтральные захватили около 800 женщин, детей и стариков. Они ослепили всех стариков, а затем выгнали их всех в лес на голодную смерть. После этого с триумфом возвратились домой с сотнями захваченных ими женщин и детей.30

По своему образу жизни оттава ничем не отличались от своих родичей оджибва даже в более поздние времена, как это видно из воспоминаний Дж. Теннера. Но были отличия в социальной структуре племени.

У оттава, даже в более поздние времена, в XVIII веке был матриархат. В основе рода лежала матрилинейная группа. Она не исключала и патрилинейного родства, которое уже тоже начало набирать силу, но как мы хорошо видим у Теннера, родство по материнской линии было сильнее, а во главе племени (уже в XVIII веке) могла стоять женщина,31 что было невозможно для большинства окружающих племен. Это может послужить подтверждением предположения Гарольда Хикерсона о существовании матриархальных отношений как стадии, предшествовавшей патриархату оджибва и других северных племен, поскольку оттава в свое время отделились от оджибва. Матрилинейные отношения у оттава заставляют предположить, что это произошло, когда сами оджибва находились на аналогичной стадии развития, а затем более сильное и могущественное племя оджибва быстрее пошло по пути развития социально-экономических и общественных отношений и достигло нового уровня – патрилинейного общества, которое мы констатировали у них в ХVП в.

 

Меномини

 

Меномини, расселявшиеся на Мичиганском полуострове, были наиболее близкими родственниками оджибва. Они практически ничем не отличались от оджибва, отделившись от них последними. Для меномини характерна большая степень оседлости, более ограниченный район миграций и связанное с этим более углубленное, чем у оджибва и оттава развитие земледелия.

 

Алгонкины

 

Населяли район реки Св. Лаврентия, прямые потомки могущественного племени адирондаков, которые в свое время покорили ирокезов, а потом были ими разбиты. Первоначально занимали оба берега р. Св. Лаврентия, но затем, вследствие постоянных набегов ирокезов, вынуждены были переселиться на северный берег.

Извечные враги ирокезов, находившиеся в состоянии постоянной войны с ними, они заключали союзы со своими западными соседями – гуронами и французами, обосновавшимися в этих местах.

От адирондаков они унаследовали более высокий, чем у других алгонкинских племен, уровень развития социально-экономической жизни, характерный для Лиги ирокезов, также заимствовавшей его у адирондаков. Алгонкины, особенно восточные, жили в поселках, достигли высокого уровня развития сельского хозяйства, основанного, как у ирокезов, на подсечно-огневом мотыжном земледелии, особенно в возделывании маиса и табака. Так же как ирокезы, они унаследовали от адирондаков искусство ведения войны и вооружения, а также охотничье искусство. Будучи непосредственными соседями и союзниками французов, они активно участвовали в пушной торговле с ними, вместе с гуронами и оттава, спускавшими по рекам оттава и Св. Лаврентия флотилии каноэ до Квебека. К началу описываемых событий племя алгонкинов, ослабленное бесконечными войнами, пришло в упадок, западная их часть вела уже в большей степени бродячий охотничий образ жизни, более близкий к оджибва, нежели к адирондакам и ирокезам.

 

Мичиганские алгонкины

 

Собирательное название близкородственного населения полуострова Мичиган, известного также как Нация Огня.

"Нация Огня" или "Огненная Нация" была идентифицирована историками как племя потаватоми, а также как маскутены. Необходимо отметить, тем не менее, что раннее алгонкинское население южного полуострова Мичигана было так тесно связано кровью и языком, что очень трудно определить, какое именно племя подразумевалось под названием Нация Огня.

Вполне возможно, что название принадлежало конфедерации племен, аналогичной Семи Кострам сиу и Лиги ирокезов. В отличие от большинства других алгонкинов , которые были бродячими рыболовами и охотниками, алгонкины южного полуострова Мичигана пошли по ирокезскому пути развития: оседлости, выращивания зерновых и табака, жизни в деревнях, некоторые из которых представляли собой мощные укрепления. Племена, входившие в "Нацию Огня", были потаватоми, маскутены, кикапу, фоксы и саук. Название саук тоже переводится как Огненный народ, отсюда возможно и название "Сагино", где первоначально находилось поселение индейцев саук, вытесненных впоследствии оттава и оджибва.32 Майами и иллини, видимо, принадлежали к отдельной группе.

Туман тайн окружает маскутенов. Их название в одной форме означает "Огненные Люди" (Огненный народ), и они, в силу этого, были идентифицированы как "Нация Огня", но потаватоми тоже назывались Нацией Огня, и, сделав небольшое изменение в названии маскутены, значение меняется на "Народ малых прерий", поэтому их называли прерийными потаватоми. В юго-западном углу Мичигана находятся небольшие прерии, где найдены доисторические садовые грядки, которые, возможно, были засажены табаком. От этих прерий, где проживали маскутены в XVП в. могло произойти и название племени.

Они не жили с потаватоми в XIX в., но они продолжали отдельное племенное существование как независимое племя, поддерживая более тесные контакты с иллини, чем с потаватоми.

Война с Нацией Огня, отмеченная во французских летописях, это, несомненно, война с Костяными индейцами, обосновавшимися в Оттаве и некоторых других алгонкинских провинциях. Эти Костяные индейцы, или ассеган, упоминаются как поселившиеся в округе Маккинака в Мичигане, когда оттава и оджибва впервые появились в этой стране. Эти племена атаковали ассеганов и оттеснили их на юг. Предание утверждает, что Костяные индейцы были создателями мичиганских огородов, а также оставили большие скопления человеческих костей в местах захоронений умерших. Предположительно, это относится к коллективному погребению останков в склепах, что было характерной чертой обычаев некоторых ирокезских племен и могло быть адаптировано алгонкинами южного Мичигана. Попытки некоторых авторов отождествить племя оседжей с Костяными индейцами не убедительны. В этот период и, вероятно, за 4 столетия до этого, оседжи пребывали в долине Огайо.

Отчеты в "Иезуитских реляциях" отмечают, что эта война оттава и оджибва с Нацией Огня и другими алгонкинами южного Мичигана, шла примерно с 1600 г. до разгрома гуронов и Нейтральных ирокезами после 1648 г. Эти события подтверждают предполагаемые сроки передвижения алгонкинских групп с юга Мичиганского полуострова в Висконсин. Авторы, которые утверждают, что эти племена находились в Висконсине рядом с виннебаго, когда Жан Николетт посетил это племя, не располагают в подтверждение этого никакими весомыми доказательствами.

Название виннебаго происходит от алгонкинского "оуннипег", что означает "Люди вонючей воды", т.е. соленой морской воды. Под этим названием они вошли во французские и английские источники,33 отсюда и название оз. Виннипег в Канаде.34 Первоначально расселявшееся по берегам озера Виннипег в Канаде, а затем вынужденное переселиться в Висконсин и Иллинойс, это племя относится к языковой группе сиу, о которой речь пойдет далее, но по культуре было близко к мичиганским алгонкинам, также как и другие сиуязычные племена – ото и айова.

Когда Николетт посетил виннебаго, они были могущественным народом. Разгром виннебаго племенами оттава и иллини датируется после смерти Николетта. Более того, часть реляций подразумевает, что после того как они были разбиты алгонкинами, виннебаго послали военную силу в каноэ на восток через озеро Мичиган, чтобы атаковать племя фокс и другие племена на юге Мичиганского полуострова. Эта флотилия каноэ была уничтожена бурей и воины виннебаго погибли.

Передвижение иллини в Иллинойс относится к этому времени. Свидетельства "Иезуитских реляций" и других французских повествований отмечают, что движение иллини на Запад происходило в довольно позднее время, возможно после 1630 г. Они жили вблизи южной оконечности озера Мичиган, когда иезуиты впервые услышали о них, поэтому озеро было названо Иллинойсом. Утверждение о том, что виннебаго находились в штате Иллинойс, когда их посетил Николетт, не имеет под собой никакого солидного основания. Мы не знаем, где жили иллини, когда виннебаго разбили их, как не знаем где они жили позже, когда алгонкины разбили виннебаго. Утверждение в "Иезуитских реляциях", что иллини и родственные группы пришли с моря на западе и мигрировали на восток к озеру Мичиган, является частью французской иллюзии, что Китай, "Татария" и море находились на западе от виннебаго. Похоже, что в действительности иллинии и майами находились возле южной оконечности озера Мичиган в период, когда оттава и гуроны пытались открыть торговлю с виннебаго, но только ввязались в войну с этим племенем.

Некоторые авторы утверждают, что Николетт покинул виннебаго и отправился к юго-западу, чтобы посетить иллини, но для этого утверждения нет никакого основания. Озеру было дано название Иллинойс гораздо позже, когда племя поселилось у его берегов. В 1642 г. иезуиты докладывают, что иллини поселились возле южного берега этого озера и постоянно находились в состоянии войны с сиу.

"Иезуитские реляции" уже в 1653 г. показывают, что юг Мичиганского полуострова был занят алгонкинскими племенами. Группы оттава и табачных гуронов, спасавшихся бегством от ирокезов, вторглись в эти земли. Затем, осенью 1653 г. Нейтральные и Табачная Нация, близкие родственники гуронов и обычно называемые гуронами, соединились с локальными алгонкинскими племенами в А-отона-теди, в трех днях пути на юг от Су-Сент-Мари на юге Мичиганского полуострова, и в таком составе беженцы Нейтральной и Табачной Наций насчитывали две тысячи воинов – возможно это число всего народа, а не только воинов. Эти беженцы зимовали в Лисьем месте, по соседству с Детройтом. Название Лисье место, возможно, указывает местоположение племени фокс, так же как название Пантерье место указывает центр Нации Пантеры, или эри.35 Возможно, что место зимовки Нейтральных и Табачной Нации было территорией расселения потаватоми. Место называлось Аотонатендие, а ирокезское название потаватоми было атоватеани или ондауаветанди. После 1750 г. виандоты, которые были близки выжившим гуронам, называли потаватоми ундатоматанди.

Вероятно, во время панического бегства Нейтральных и гуронов, разгромленных ирокезами, алгонкинские племена юга Мичиганского полуострова также мигрировали на запад в Висконсин. Действительно, "Иезуитские реляции" утверждают, что алгонкины побежали из Мичигана в страхе перед ирокезами. Не известно, чтобы эти алгонкины страдали от ирокезских набегов вплоть до 1648 г. Все их беды проистекали от постоянных нападений сильных племен Нейтральных и оджибва.36

 

Сиу

 

Как раз в это время, около 1640 г., французы начали получать сообщения о сиу, могущественном и воинственном племени на западе, устрашающем соседние племена и названном французами ирокезами Запада. Судя по археологическим данным, сиу проживали в Миннесоте со времен строителей маундов. Они были грубыми людьми, бродячими охотниками и рыболовами, не принимавшими участия в культурном развитии племен к востоку от Миссисипи. У них не было ни больших поселений, ни хозяйственных земляных работ, но они научились делать грубую глиняную посуду и переняли кое-что из религии и обычаев строителей маундов, погребая своих умерших в небольших конических холмиках.

Ясно, что в поле зрения французов сиу привела алгонкинская война с виннебаго. Мы не знаем точно, что произошло, но сиу были явно вовлечены в эти события. Радиссон сообщает нам, что оджибва, так же как и оттава, в этот период (1600–1630 гг.) участвовали в торговле французскими товарами с западными племенами, что они оказались втянутыми в войну с сиу и, очевидно, были отогнаны на Восток в земли Су-Сент-Мари. Другие французские сообщения о том, что сиу отогнали иллини восточнее, к озеру Мичиган, наверное относятся к событиям после войны с виннебаго, когда иллини и некоторые другие алгонкины двинулись на запад к Миссисипи и столкнулись там с сиу, после чего были отброшены ими назад на восток. Сиу, очевидно, преследовали алгонкинов, т.к. в 1670 г. иезуиты сообщили, что земли вокруг озера Виннебаго пустуют из-за постоянных налетов сиу в этот район.

Ранние французские отчеты дают сиу высокую репутацию. В них говорится, что сиу держали свои обещания лучше, чем "более просвещенные племена" к востоку от них. Они были отличными воинами, но они не нападали на соседние племена, кроме случаев нападения на свой собственный народ, и у них не было мерзостного обычая восточных индейцев пытать своих пленников у столба, а затем есть их. Описывается только один случай, когда сиу пытали пленника до смерти и съели его, причем жертва явно заслуживала своей судьбы. Вождь оттава клана синаго пригласил вождя сиу и его семью в гости, затем предательски убил и устроил людоедский пир из их мяса. Впоследствии сиу захватили его в плен и, накормив ломтями собственного мяса, убили и съели.37

Действительно, они были примитивным народом, и алгонкины, похоже, презирали их как простаков, которые никогда не видели белого человека и были настолько невежественны, что даже не знали, что меха представляют ценность.

К 1642 г. появились первые незначительные сообщения о сиу, в которых утверждалось, что племя выращивает лишь немного маиса и табака, и что у этих индейцев имеется около 30 деревень. Но из более поздних сообщений создается впечатление, что только одна деревня была постоянной, а остальные были не более, чем кочевые лагеря, сезонно передвигавшиеся с место на место. Сиу жили у истоков Миссисипи в лесной стране озер и болот, содержавших обширные заросли дикого риса. Сиу, в основном кочевники и охотники, не склонны были оседать и выращивать урожай, т.к. они могли собирать дикий рис с каноэ. Они помещали рис в кожаные мешки и молотили их, чтобы отделить зерна от шелухи. Куда бы ни передвигали сиу свои кочевые стойбища, у них всегда имелся запас дикого риса в мешках, который считался лучшей едой, чем маис. После 1650 г. некоторые группы сиу стали обрабатывать небольшие поля маиса и табака. Осенью наступало время сбора урожая дикого риса. В марте, когда снег еще обычно покрывал землю, а ручьи только начинали оттаивать и бешено мчатся к югу, сиу отправлялись в кленовые рощи и делали сахар из сока этих деревьев. Это был сезон, когда еда была скудной, и иногда семьи сиу неделями жили на кленовом сахаре и немногом другом. Уже в 1800 г. некоторые семьи сиу провозгласили отдельные кленовые рощи своей собственностью, утверждая, что только они имеет право делать сахар на этих участках.

Никакого комплимента сиу не было в том, что иезуиты называли их ирокезами. Как и ирокезы, сиу нападали на своих соседей, но война сиу состояла из мелких рейдов с редкими массированными атаками и полным отсутствием свирепых целей ирокезов истреблять своих врагов. Между двумя племенами было мало похожего. Ирокезы жили в хорошо организованных общинах в укрепленных деревнях и были сильно заинтересованы в выращивании урожая. Сиу были грубым народом, жившим кочующими стойбищами.

Эти два племени походили друг на друга только страхом, внушаемым соседним племенам, и тем фактом, что оба они видели мудрость образования Лиг и Конфедераций для поддержания мира среди самих себя. Традиционно, сиу создали Семь Костров Совета, адекватных ирокезским Пяти Кострам, но сиу не использовали своей объединенной силы, как это делали ирокезы, чтобы "съесть" все соседние нации.38

 

Ирокезские войны

 

Ирокезы получали регулярное снабжение огнестрельным оружием от голландцев Нью-Йорка. Племена, снабжаемые французами, были полностью лишены огнестрельного оружия, кроме оттава, которые регулярно торговали и хорошо ознакомились с французским оружием. Большинство племен были невысокого мнения об этом оружии. Они говорили, что умелый воин может выпустить 8–10 стрел, пока человек с ружьем стреляет один раз. Но ирокезы высоко ценили свои ружья и использовали их с большой эффективностью. На протяжении 1643 года они имели четыре сотни ружей.

Иезуиты были очень рады своему, пусть даже малому успеху среди гуронов, и они планировали начать миссионерскую деятельность среди Нейтральных и Табачной Нации. Гуроны много лет находились в состоянии войны с ними, но заключили мир около 1640 г. Злые на иезуитов, которых они обвиняли в занесении эпидемии в их страну и в смерти более половины их людей за одно десятилетие, гуроны распространяли ложные слухи о священниках, чтобы предупредить их появление среди Нейтральных и Табачной Нации. Все же, иезуиты настаивали на своих планах, на новых миссиях.

Затем к этому делу приложили руку ирокезы. Гуронская, а также иезуитская линия сообщения с французскими поселениями в Квебеке и Монреале проходила по р. Св. Лаврентия. Ирокезы блокировали этот путь, посылая военные отряды, вооруженные ружьями, чтобы устраивать засады на все каноэ, идущие вниз и вверх по реке. План был тщательно и коварно разработан. Один отряд блокировал реку на определенное время, затем другой отряд приходил и менял первый, который возвращался домой. Для путешественников было практически невозможно избежать ирокезских засад, и французы оказались бессильны как-либо воспрепятствовать этому. Тем временем, разведывательные отряды ирокезов заполнили страну гуронов, и каждый день гуронские женщины подвергались опасности быть убитыми во время работ на полях. Если гуроны преследовали небольшую группу, которая убила нескольких женщин, они попадали в хитроумною ирокезскую засаду и уничтожались.

Иезуиты мало сообщали об этом и продолжали писать о ярких перспективах для расширения поля миссионерской деятельности вплоть до 1643 года, когда они были вынуждены доложить, что ирокезы захватили отца Исаака Жогье и двух его помощников-французов на их пути в Монреаль. Индейцы захватили также рукопись "Иезуитских реляций" этого года. Иезуиты внезапно начали осознавать серьезность ситуации. Они жаловались, что ни один путешественник не находится в безопасности на р. Св. Лаврентия, а торговые флотилии гуронов и алгонкинов подвергаются нападениям и не рискуют спускаться по реке. С отрезанными путями сообщения миссии и гуроны будут разгромлены. Отец Жогье спасся от ирокезов с помощью дружественных голландцев и был отправлен в Европу на корабле; но положение иезуитов среди гуронов оставалось критическим.39

Нам сегодня легко понять, что французы продвигались в дикую глушь слишком быстро и были слишком малочисленны, что они должны были строить форты и оставлять небольшие гарнизоны вдоль р. Св. Лаврентия и в стране гуронов. Но пионерам приходилось использовать то, что было под рукою. Без помощи правительства Франции французы в Канаде сделали все, что было в их силах. Несчастным гуронам пришлось жестоко расплатиться за всех. Они нуждались в вооруженных французах и французском форте в своей стране, но не получали ничего, кроме нескольких миссионеров, живших в индейских хижинах и раскалывавших народ на озлобленные группы, проповедуя веру, которую большинство гуронов не имело никакого намерения принимать.

В 1644 г. французские чиновники освободили ирокезского воина, который был захвачен индейскими союзниками французов и передан французским чиновникам. Этот ирокез пошел домой, а позже вернулся обратно к французам с двумя ирокезскими вождями. Они привели с собой одного из французов, который был захвачен вместе с отцом Жогье, и вожди предложили заключить мир. Французы с радостью ухватились за это предложение. Позже отец Жогье вернулся обратно из Европы, а с восстановлением мира иезуиты получили второе дыхание и возобновили свои труды среди гуронов с новыми силами.

Ирокезский мир 1645 г. был заключен с французами, а не с индейскими союзниками французов. Это был мир, который оставлял ирокезам свободу выдвинуть их признанную цель "съедения" своих соседей. В 1647 г. сенека захватили и уничтожили большой укрепленный поселок Нейтральной Нации, вырезав большую часть населения и забрав сотни пленных. Летом 1648 г. крупные военные отряды ирокезов вторглись в страну гуронов. Они были обнаружены, и гуроны вроде бы были готовы. Их поселки, отлично укрепленные частоколами, на самом деле были лишь смертельными ловушками, и многие группы в деревнях не имели намерения выдерживать атаку. Они уже выбрали укрытия в лесу и на островах на озерах, и были готовы бежать в тот момент, когда тревога будет дана, что и сделали, когда ирокезы атаковали в июле 1648 г. Но, вероятно, большинство народа все же осталось в укрепленных поселениях и попыталось отбить врага. Ирокезы ворвались в три укрепленных поселка, вырезали охваченных паникой людей и, согнав в круг сотни женщин и детей, увели их в плен.40

Осенью того же года сенека и мохауки выступили в поход, чтобы завершить разгром гуронов. Они провели зиму в гуронских лесах, не будучи обнаруженными, а в марте 1649 г. застали гуронов врасплох, захватили и сожгли еще три больших укрепленных поселка и учинили обычную резню и пытки. Они разбились на группы и пустились в преследование гуронских беженцев.41

Многие из гуронов бежали на запад в селения Табачной Нации; но ирокезы нашли их и в декабре тревогу забили среди селений Табачной Нации. Воины Табачной Нации собрались в укрепленных поселках, вооруженные и раскрашенные для битвы. Готовность сражаться с ирокезами они продемонстрировали своим богатым убранством, совершали военные пляски и пировали, но ирокезы не появились. Военные предводители держали совет и решили выступить сами и атаковать ирокезов в лесу. Таким образом, воины Табачной Нации отправились в лес, а из своей замаскированной засады ирокезы наблюдали за их походом. Они подождали, пока воины оказались слишком далеко, чтобы вернуться, а затем обрушились на укрепленный поселок. Ирокезы бросали головни через частокол и подожгли длинные дома из коры. Они штурмовали поселок и устроили поголовное избиение, убивая женщин и стариков, бросая детей в горящие дома. Разграбив поселок и согнав в круг пленников, в основном молодых женщин и детей, ирокезы скрылись в лесу. На обратном пути они безжалостно убивали всех женщин и детей, которые не могли держать быстрый темп ходьбы.

Между июлем 1648 г. и декабрем 1649 г. ирокезские отряды разгромили гуронов и Табачную Нацию, которые перестали существовать как самостоятельные племена. Они взяли штурмом главные поселки и перебили большинство народа, угнали в плен много женщин и детей, и оставили гуронскую землю безлюдной.

Военная мощь ирокезов была построена на принципе безжалостности и применения грубой силы против врагов после внезапного нападения. Огнестрельное оружие не играло большой роли в этих войнах. Ирокезы использовали очень большие военные отряды, обученные внезапно атаковать и быстрыми действиями вносить панику во вражеские селения. Ирокезы также извлекали полную выгоду из техники убаюкивания противника ощущением безопасности, изображая миролюбивые обращения, которые устанавливались для того, чтобы быть неожиданно нарушенными.

Иезуиты были поражены бедами гуронов. Все их яркие надежды на создание христианского государства в стране гуронов были сметены, словно ураганом; большинство их индейцев лежало мертвыми среди развалин поселков, а еще большая часть гуронов, которых они учили христианской кротости, смиренно сдались ирокезам. В 1650 г. иезуиты оставили всю миссию пустой и отступили к французским поселениям на р. Св. Лаврентия. На Айл Орлеан возле Квебека они собрали немного выживших гуронов, в основном крещенных, и организовали миссию среди них. Ирокезы медоточивыми словами убеждали гуронов оставить французов и прийти к ним, чтобы счастливо жить среди ирокезов. Некоторые гуроны мигрировали в поселения ирокезов, которые затем послали военные отряды на Айл Орлеан и убили большинство из оставшихся там гуронов.

Нейтральная Нация была следующей в ирокезском списке для разгрома. В поселках Нейтральной Нации было около 10 тыс. человек, их земли лежали между страной ирокезов и землей гуронов. Они ухитрялись оставаться нейтральными много лет, надеясь таким образом избежать разгрома. Оправданием атаковавших их ирокезов было то, что они совершали враждебный акт, позволяя бегущим гуронам селиться среди них.

Зимой 1651 г. войско в шесть тысяч мохауков и сенека вторглись в страну Нейтральных. Атака была совершена зимой, потому что ирокезы считали этот сезон наиболее эффективным для военных действий. Теперь Нейтральные оказались легкими жертвами, какими были и гуроны. Их поселки были взяты со всеми обычными актами ирокезской жестокости, а большинство выживших были уведены пленниками в земли ирокезов.

Теперь ирокезы приостановились в своей работе по истреблению соседей. Им все еще надо было считаться с алгонкинами и эри, которые в прежние времена воевали с ними и даже угрожали их существованию. Но прежде, чем попытаться покончить с этими врагами, ирокезам нужно было время, чтобы пополнить свою военную силу, и в 1653 г. они воспользовались другим излюбленным оружием – дипломатией. Они послали своих наиболее красноречивых вождей к французам и алгонкинам. Ирокезские вожди ласково говорили французским чиновникам, что их нация всегда испытывала дружелюбие к французам, и что нет никакой причины, почему бы французам и ирокезам не продолжать оставаться лучшими друзьями. Это было немного странно, если учесть, что за прошедшие пять лет ирокезы разгромили племена, которые являлись особенно преданными союзниками французов, разрушили французские миссии, привели французскую торговлю в упадок и превратили большую часть Верхней Канады в дикую пустыню с разрушенными индейскими поселками и разоренными зерновыми полями. Ирокезские вожди не упускали из виду иезуитов. У них была приманка: возможное крещение ирокезского народа, и они приглашали иезуитов прийти в их поселки и организовать миссии. Так французы заключили мир с ирокезами, а иезуиты открыли новое поле миссионерской деятельности только для того, чтобы обнаружить, что у них нет ничего среди ирокезов, кроме вероятности того, что они найдут мучительную смерть у столба. Тем временем ирокезы заключили притворный мир с частью алгонкинов, нарушили его, заключили другой и опять нарушили. Они проделывали это, пока не подготовились к тому, чтобы покончить с племенем эри.42

Эри, вероятно, были самыми многочисленными из ирокезоязычных племен, которое ирокезы собирались разгромить, но они обладали лучшей организацией и руководством, чем гуроны или Нейтральная Нация. В более ранние времена они приводили ирокезов в ужас своими свирепыми атаками и даже после того, как они оказались свидетелями разгрома гуронов и Нейтральных, они не испугались ирокезов. Голландцы Нью-Йорка знали эри и называли их сатанами; это свидетельствует о том, что они рассматривали эри как гораздо более опасных противников, нежели ирокезов, которые в 1653 г. все еще имели немного ружей и отдавали предпочтение луку как боевому оружию.

Большое число гуронов бежали под защиту эри. Ирокезы использовали этот факт, чтобы угрожать эри. Они заявили, что гуроны настраивают эри против них, а сами тайно готовились к нападению на эри. В мае 1653 г. ирокезский вождь сказал французам в Монреале, что его нация намерена провести лето, воюя с эри.

Эри послали тридцать послов к сенека, чтобы опять возобновить в силе мирное соглашение. Один из эри случайно убил человека сенека, и сенека в ярости убили всех послов эри, кроме пяти, захватив их как пленников. Это было вызовом для эри, которые не стали смотреть на это спокойно. Эри послали военный отряд и штурмовали поселок сенека; они подстерегли в засаде большой ирокезский отряд и перебили восемьдесят лучших ирокезских воинов; они послали военные отряды в засады к самим воротам ирокезских поселений и один из этих отрядов захватил в плен одного из самых знаменитых ирокезских вождей. Ирокезы в течение долгого времени готовились атаковать эри. Они искали повода сделать это и эри, конечно же, дали им наипрекраснейший из поводов.

Ирокезы выступили с девятнадцатью сотнями человек, включая сотни воинов, вооруженных ружьями. Они совершили все возможные приготовления к этой экспедиции, и один из военных предводителей даже разрешил иезуитам крестить его. Этот вождь извлек огромную пользу из своего свежеиспеченного христианства; одевшись как француз, он отправил послание к эри, угрожая призвать бога христиан, чтобы разгромить их, если они не покорятся. Эри не были впечатлены. О них говорится, что они собрали три или четыре тысячи воинов в их главном поселке, в котором также скопилась масса женщин, детей и стариков.

Ирокезы обнаружили, что завоевание эри не такое простое дело, каким было покорение гуронов и Нейтральных. Эри доблестно защищали поселок Рике, и ирокезам пришлось употребить все свое военное искусство, их потери были очень тяжелыми, но в конце концов, забрасывая факелы, чтобы поджечь поселок, они штурмовали частокол и ворвались во внутрь. Воины эри были убиты, а затем "онондага вошли в укрепление и устроили такую резню среди женщин и детей, что в некоторых местах крови было по колено".42 В этой осаде ирокезы потерпели такой урон, что им пришлось оставаться в Рике до двух месяцев, заботясь о своих убитых и раненных. Они жестоко отомстили беспомощным эри за потери, которые понесли.

Всего несколько месяцев занял у ирокезов разгром гуронов и Нейтральных, почти четыре года потребовалось им, чтобы покинчить с эри. Хьюит уверяет, что эри было в то время 15 тыс. человек. Из этого числа только 6 сотен сдалось ирокезам. Остальные были убиты, пленены или бежали. Некоторые эри, по видимому, отступили южнее в долину Огайо, где они создали новые поселения. Французские карты и отчет Ла Салля отмечают это. Ирокезы забрали большое количество детей и женщин эри как пленников, но они вырезали большую часть нации эри.

В ходе войны с гуронами, Нейтральными и эри ирокезы удвоили, или даже утроили свое население, вводя толпы пленников в свои пять племен. Они были теперь очень сильны и являлись хозяевами очень большого пространства. Они нападали на племена в южном Нью-Йорке, Новой Англии, Пенсильвании, Вирджинии, Мичигане и Огайо, и обычно были очень удачливы. Ирокезы теперь владели территорией в пять раз большей, чем могли занять, но их потребность убивать была ненасытной, и они совершали долги путешествия, чтобы атаковать отдаленные племена, которые они объединяли под общим названием "онтавагонха" ("Дальние индейцы"). Поблизости была лишь одна группа племен, которую ирокезы рассматривали как потенциальную опасность – верхние алгонкины Великих Озер, в особенности племена, в которых оттава были лидерами. Оттава были прежде всего торговыми индейцами, преданными сторонниками французов, распространявшими французские товары племенам такого далекого запада, как Висконсин и Иллинойс. Основной центр оттава первоначально находился на реке Оттава, но около 1653 года они заняли земли к северу от гуронов. На западе от них находились две родственные им группы, оджибва и миссисауга, которые занимались охотой и рыболовством вдоль северного берега озера Гурон. Ирокезы сначала атаковали эти два племени и оттеснили их дальше на запад и север. Это доставило оттава огромную неприятность. Они почувствовали себя изолированными в опасности, и, по крайней мере, часть из них бежала на остров Манитулин на озере Гурон. Приблизительно в 1652 или 1653 гг. остатки Нейтральных и Табачной Нации бежали на юг Мичиганского полуострова в поисках убежища среди тамошних алгонкинских племен, но ирокезы продолжали посылать военные отряды против этих племен. Вскоре они послали восемьсот воинов против оттава, однако эти индейцы были предупреждены заранее разведчиками и бежали в каноэ с острова Манитулин на остров при входе в залив Грин, в Висконсин, где и укрепились.43

Очевидно в 1653–1654 гг., гораздо позже появления Жана Николетта в Висконсине, алгонкины Мичиганского полуострова передвинулись в Висконсин; они шли туда не как завоеватели, а как беженцы, спасающиеся от ирокезов. Они не шли в край покоренных виннебаго, но вынуждены были опасаться этого племени, вновь набиравшего силу.

Потаватоми были, очевидно, одним из первых племен, бежавших из Мичигана. Они пришли на остров при входе в залив Грин, который позднее был назван островом Потаватоми. Затем беженцы из оттава и Табачной Нации поселились на острове рядом с потаватоми. В некоторых французских отчетах отмечается, что все эти индейцы находились на острове Потаватоми при входе в залив Бей; некоторое время спустя потаватоми покинули остров и поселились на материке у мыса залива, а оттава, Нейтральные и Табачная Нация завладели затем островом на длительный период.

Такова была ситуация в восточном Висконсине в 1652–1654 гг. Бежавшие алгонкины в страхе ожидали, что будут делать ирокезы. А в это время иллини пошли войной на майами, своих близких родственников, которые были также вытеснены от озера Мичиган в северный Иллинойс, занятый иллини. Это племя атаковало майами и оттеснило их севернее, к западу от оз. Мичиган, где они присоединились к маскутенам.44

Радиссон и его зять Грозейс были единственными французами в Висконсине в 1654 г. со времен посещения этого района Николеттом несколько лет назад. Повествование Радиссона часто бывает запутанным, но он упоминает о пребывании среди потаватоми, оттава, гуронов и маскутенов. Он говорит, что они с Грозейсом находились среди маскутенов поздней зимой 1654–1655 гг. и отправились на поиски группы в пять сотен табачных гуронов, которые бежали к Миссисипи. Французские отчеты утверждают, что эти табачные гуроны, бегущие от ирокезов, шли к иллини. Видимо, это племя было не очень дружелюбно по отношению к гуронам. По крайней мере, беженцы теперь пересекли Миссисипи и искали убежища среди айова на бизоньих равнинах. Это могло произойти, когда айова имели свои поселения на реке Верхняя Айова в северо-восточной Айове. Гуроны, индейцы лесов, были очень несчастны в прериях среди бизоньих стад. Они скоро оставили айова, пошли вверх по Миссисипи и построили временное поселение на острове в верхнем конце озера Пепин (возле теперешнего города Ред Винг, Минесота). Судя по утверждению Радиссона, табачные гуроны, очевидно, достигли этого острова в 1654 году; весной 1655 года эти индейцы только что прибыли на остров и были без зерна, потому что у них не было времени сделать посев. Эти табачные гуроны и их друзья оттава бежали на запад, когда ирокезы разгромили гуронов до 1650 года. Иезуитские реляции 1652–53 гг. отмечают, что часть табачных гуронов бежала в страну иллини до этой даты. Несмотря на свой страх перед ирокезами, эти беженцы из гуронов, табачных гуронов и оттава все же стремились на восток, чтобы торговать с французами. Именно на одной из их флотилий каноэ Радиссон с зятем отправились из французских поселений в верховья Миссисипи в 1654 году. Но ирокезы блокировали старый путь на запад, поэтому индейцы, с которыми отправились в путь оба француза, покинули реку Св. Лаврентия, пошли вверх по р. Оттава и через оз. Ниписсинг до оз. Гурон. Когда они достигли пролива Маккинак, они услышали о потаватоми и маскутенах. В конце зимы 1654–55 гг. французы отправились с индейцами в деревню маскутенов в Висконсине.

Повествование Радиссона было написано в Лондоне несколько лет спустя. Он бежал из Канады и примкнул к англичанам. Он явно написал свой рассказ в надежде произвести впечатление на чиновников в Лондоне и получить назначение в английской торговле в Гудзоновом заливе. Во многих местах его история туманна, слишком запутана, и можно подозревать, что иногда это чистое сочинительство. Но его рассказ можно сверить с "Иезуитскими реляциями", в которых мало подробностей, но зато имеются надежные даты и добросовестный отчет о передвижениях Радиссона и Грозейса.

Когда Радиссон прибыл в восточный Висконсин, беженцы из гуронов и Табачной Нации составляли, по крайней мере, две группы – у залива Грин и на Миссисипи. Те, что находились в восточном Висконсине, отправились на восток торговать с французами и вернулись домой в конце лета 1654 года. Французы располагали запасами товаров и, в конце зимы 1654–55 гг., была собрана партия, чтобы отправиться к гуронам на Миссисипи. Радиссон и Грозейс тоже отправились с отрядом из 150 гуронов или табачных гуронов. С ними был один человек оттава. Они передвигались на снегоступах (и женщины, и мужчины), прибыв к реке, где три недели стояли лагерем, занимаясь охотой и изготовлением каноэ. Принято считать, что это путешествие началось из района залива Грин по направлению к реке Висконсин, и что дальше они пошли вверх по Миссисипи. Радиссон заявляет, что они шли по реке восемь дней, а затем пришли к двум оседлым племенам, которые выращивали зерновые. Его написание названий племен ужасает. Он называет эти племена "понтонатеник" и "мантоненок". Это, несомненно, были айова и ото.

Это первое письменное сообщение о встрече белых с этими племенами. Названия племен, записанные Радиссоном, имеют алгонкинские окончания "нок" и "ник". Он использовал "м" вместо "в", и его мантоненок – это безусловно матонента или ватонента, то есть древнее название ото. Понтонатеник явно происходит от пауст, т.е. самоназвания айова. Радиссон утверждает, что эта нация называлась "Скребущими". Иногда айова назывались "Пыльными", и здесь можно вспомнить название оглала среди тетон-сиу, которое происходит от поднятой пыли при вспашке земли и посевах; название айова, весьма вероятно, имеет то же самое происхождение. Племена, которые были слишком примитивны, чтобы культивировать зерновые, обычно насмехались над теми, кто этим занимался, заявляя, что они скребут кожу Матери-Земли и разбрасывают пыль. Тот факт, что табачные гуроны нашли убежище среди айова, по-видимому, является подтверждением слов Радиссона о том, что он встретил айова и ото на Миссисипи ниже острова, на котором гуроны находились весной 1655 г. Часто утверждают, что в этот период айова находились на реке Верхняя Айова в северо-восточной Айове. Энейм утверждает, что за время восьмидневного путешествия вверх по Миссисипи от устья р. Висконсин Радиссон обнаружил айова и ото в окрестностях современной Виноны, Минесотта, которая находится значительно выше реки Верхняя Айова. Однако, весь отрезок Миссисипи вниз от р. Висконсин до окрестностей Виноны, и чуть далее на север является родиной айова и ото; весь этот район отмечен руинами поселений, маундами и другими следами пребывания сиу.45

Была весна, когда партия Радиссона прибыла к айова и ото. По-видимому, эти индейцы находились в своих постоянных поселениях, потому что у них был большой запас маиса, достаточный, чтобы продать партии Радиссона из 150 человек весь маис, необходимый тем, чтобы продолжать путешествие вверх по реке. Расставшись с айова и ото, партия направилась дальше и вскоре добралась до острова, где нашли убежище табачные гуроны. Радиссон называет его островом "Первого Причала". Перрот говорит, что это был Лысый остров (нынешний остров Прерий) в верхнем конце озера Пепин. Единственными остатками индейского поселения на этом острове являются те, которые археологи относят к культуре Голубой Земли. По всей вероятности, это остатки поселений ото или айова позднего доисторического времени. Пребывание гуронов и оттава на острове было, вероятно, кратковременным.

Как только Радиссон и его зять добрались до гуронов на этом острове, они начали уговаривать вождей организовать сильную партию и отправиться с двумя белыми людьми во французские поселения на р. Св. Лаврентия. Хотя гуроны тоже нуждались во французских товарах, от такого предложения вожди пришли в ужас. Они сказали, что путь к французам блокирован ирокезами, и что если они пойдут, то все их женщины и мужчины будут перебиты. Они сказали, что Радиссон и Грозейс должны ждать в течение года, а затем все они пойдут к французам.

Эти табачные гуроны были лесными индейцами. Долгое время их народ жил в лесах нижних Великих Озер в постоянных поселениях, собирая урожай и специализируясь главным образом на выращивании табака. Французы говорили о них, что они плохие охотники и плохие пловцы, т.к. большую часть времени они проводят дома. Мясо и шкуры они получали у алгонкинов, которые были бродячими охотниками и сезонно приходили в селения гуронов, чтобы обменять лесные продукты на маис, овощи и табак. Бежав от ирокезов в верховья Миссисипи, эти гуроны оказались в незнакомом окружении, среди племен, говорящих на чужих языках, которые жили в прериях и охотились на бизонов. Гуронов было всего около 500 человек, поэтому они вынуждены были искать защиты у чужих народов. По-видимому, встретив недружелюбие иллини, они пересекли Миссисипи на земли айова и ото. Тут они попытались выращивать урожай на своем острове и добывать пищу охотой.

Радиссон утверждает, что он и Грозейс провели лето, охотясь вместе с индейцами. Четыре месяца они передвигались с одной реки на другую и встречали много племен. Может быть, именно по тем сведениям, которые Радиссон собрал у индейцев Миссисипи, он и составил повествование о своих вымышленных путешествиях среди южных племен. Мало что заслуживает доверия в рассказе Радиссона о южных племенах, если он имел в виду тех, что жили в низовьях Миссисипи, Миссури и Огайо. Он говорил, что это оседлые племена, живущие почти исключительно на маисе, тыкве и рыбе, использующие рыбные и другие кости для наконечников стрел, пользующиеся деревянной посудой и хорошо вырезающие по дереву, а также имеющие большие красные и зеленые калюметы. Его утверждение, что эти южные индейцы были гигантами, и что когда они видели маленьких людей, т.е. людей обычного роста, они вскрикивали от страха, является переложением рассказов ирокезов  о племенах типа арикара, которые жили на Миссури в XIX веке. Скорее всего, Радиссон набрался этих историй в заливе Грин или на протяжении лета 1655 г., когда он охотился с индейцами к западу от Миссисипи. Зимой 1655–56 гг. Грозейс оставался в поселении гуронов на острове, запасаясь зерном для обратного путешествия к р. Св. Лаврентия следующей весной. Радиссон охотился, чтобы добыть мясо и меха. Весной 1656 года на острове собралось примерно 1 тыс. индейцев, и вожди отобрали большую группу отважных мужчин и женщин для длительного и опасного путешествия на каноэ в Монреаль. После многих приключений в пути Радиссон и Грозейс на 30 каноэ, нагруженных индейцами и мехами, достигли в августе 1656 года французского поселения.

Эти табачные гуроны безусловно благополучно вернулись домой на свой остров на Миссисипи. Тем временем, другая группа их народа, живущая на острове при входе в залив Грин, решила перебраться на материк, в местечко на мысе в этом заливе, около поселения потаватоми. Здесь в 1657 году они построили поселок, окруженный мощным частоколом. Они пробыли там всего несколько месяцев, когда появилась группа из шести ирокезов, которые смело вошли в поселок. Гуроны приняли их с показным дружелюбием, но один из вождей гуронов, Анохотаха, составил заговор и со своими сторонниками предательски захватил шестерых ирокезов и убил их. Тогда гуроны встревожились, опасаясь, что в поселок явится большая группа ирокезов, жаждущая мести. Они покинули свой красивый новый поселок, причем большая часть их ушла на соединение с гуронами на острове Миссисипи. Вождь Анохотаха и его сторонник отправились на восток, чтобы найти защиту у французов на р. Св. Лаврентия. Там он и его 40 воинов присоединились к экспедиции из 17 французов и нескольких алгонкинских воинов. Около Лонг Солт на реке Оттава этот отряд оказался в засаде, устроенной семьюстами ирокезами и практически весь был уничтожен, за исключением пяти французов и четырех гуронов.

Перрот описал приключения племени оттава на Верхней Миссисипи. Он сообщает, что спасаясь бегством от ирокезов, они направились к истокам реки Айова в прерии, где встретили дружественные местные племена. Но оттава не нравились прерии и стада бизонов, поэтому они вскоре переправились на остров на реке Миссисипи и построили там поселок. Затем сиу пришли навестить их. Перрот упоминает о табачных гуронах уже после всего случившегося, но "Иезуитские реляции" и Радиссон склонны считать, что гуроны были более важной группой, чем оттава.

Однако теперь этих индейцев посетили сиу, которые вошли в поселение, рыдая. Это был древний обычай сиу – рыдать, выражая этим свою радость при встрече с важными чужеземцами. Но индейцы Вудленда, по-видимому, приняли сиу за простаков. Они выстрелили из ружей, чтобы напугать сиу и, наверное, преуспели в этом. Сиу никогда не видели ружья, они говорили, что люди, владеющие ими, носят в руках гром, а гром – это символ смерти.46

С этого момента в верховьях Миссисипи началась длительная война оттава и их союзников гуронов с племенами сиу. Она вылилась в бесконечную вражду алгонкинских и сиуязычных племен, длившуюся вплоть до переселения восточных племен за Миссисипи, в резервации Канзаса и Оклахомы, вражду, то и дело разражавшуюся острыми военными конфликтами.

 

Примечания

 



1 G. Cоpway, The Traditional history and Charakteristic sketches of the Ojibway Nation.

2 Л. Г. Морган, Древнее общество. Л. 1934.

3 Л.Г. Морган, Лига ходеносауни, или ирокезов. М: 1983, стр. 46.

4 Там же.

5 К. Маркс и Ф. Энгельс, Собрание сочинений, т. 21 стр. 95.

6 Л.Г. Морган, Лига ходеносауни, или ирокезов. М.: 1983.

7 I.F. Lafitau, "Moeurs des sauvages Ameriquanins". Paris, 1794, p. 167.

8 Twaits, Jesuit Relations for 1636–1638; Parkman, The Jesuits in Norts America; J. Hyde, Indians of the Woodlands, p. 112–114.

9 J.Hyde, Indians of the Woodlands.

10 Там же, стр. 120.

11 Там же, стр. 114.

12 Там же, стр. 124.

13 Там же, стр. 114.

14 Там же, стр. 126.

15 Там же, стр. 112.

16 G. Copway, Тhe Traditional History and characteristic shetches of the Ojibway Nation.

17 J. Hyde, указ. соч., p. 775.

18 G. Copway, The Traditional History of the Ojibway Nations.

19 Аверкиева Ю.П., Индейцы Северной Америки. М.: "Наука", 1974.

20 Дж.Теннер, Тридцать лет среди индейцев. М.: "Иностранная литература", 1963.

21 Г. Хикерсон, "Племя чиппева к северу от Великих Озер: очерк социополитических перемен", Североамериканские индейцы. М.: "Прогресс",1978, гл. 4, стр. 156–160.

22 Там же, стр. 160–162.

23 Там же, стр. 162.

24 Там же, стр. 163.

25 L.R. Masson, Les Bourgeois de la compagnie du Nord-ouest, recicts de vouages, letters et rapports inedits relatifs au nord-ouest Canadien, 2 vols. Quebec, 1890, стр. 241–242.

26 Г. Хикерсон, указ. соч., стр. 164–169.

27 Swanton J.R., The Indian Tribes of North America, р. 244.

28 J. Hyde, указ. соч., p.139.

29 Swanton J.R., указ. соч., p. 244–246.

30 J. Hyde, указ. соч., р. 114–115.

31 Дж. Теннер, указ. соч.

32 Дж. Теннер, указ. соч., стр. 54.

33 J. Hyde, указ. соч., стр. 96.

34 Дж. Теннер, указ. соч., стр. 75.

35 Thwaitest, "Iesuit Relations for 1653", quoitid in Hodge, Handbook of Indians North of Mexiko, II, 62.

36 J. Hyde, указ. соч., p. 115–119.

37 Там же.

38 Там же, стр. 119–120.

39 Twaites, Jesuit Relations, XXIII, p. 267–69, XXIV, p. 281.

40 Hodge, Handbook of Indians North of Mexico, I, p. 558.

41 Parkman, указ. соч., p. 374–77.

42 Perrotin Blair, Indian Tribes of Upper Missisipi, I, p. 192–195; Parkman, указ. соч., p. 437.

42 Hodge, Handbook of Indians of North Mexico, I, p. 431.

43 Perrotjin Blair, Indian Tribes of the Missisipi, I, p. 153–156, 196–198; Hodge, Handbook of Indians of North of Mexico, I, p. 588; Warren Upham, "Ggroseilliers and Radisson Minesota Historical Society Collections, vol. X" part 2, p. 522–525.

44 W.S. Temple, "Indian Villages of the Illinois Country", Illinois State Museum, Scientific Papers, vol. 2, part 2.

45 Radisson's Voyages of Peter Epprit Radisson. Minesota Historical Collections, Vol. X, p. 2.

46 J. Hyde, указ. соч., стр. 120–132; Hodge, Handbook of Indians of North of Mexico, I, p. 589.

 

 

                                                             

 

 

Π‘Π°ΠΉΡ‚ управляСтся систСмой uCoz